ListenSeeDo - Разработка сайтов, лендинг-страниц, интернет-магазинов!
Русь Триединая - ЗАРИСОВКИ С НАТУРЫ О СТОЛИЦЕ ИМПЕРИИ
Поиск

IMG_20210910_190953.jpgК 300-летию Российской империи!

Дух царя Петра, застывший в камне — Санкт Петербург подобен огромному живому существу. Чтобы прощупать пульс бывшей столицы Российской империи важно побывать и на окраинах города, пообщаться с людьми, и конечно же, важно прогуляться по центру города. В начале сентября мы с Олей полетели в Питер, забрали маму из ковидного отделения. Три дня дежурили у ее постели. В последний день перед отъездом на три часа вырвались в центр города погулять.


Первый раз мы с Олей вместе были в Питере в 1991 году. Это было наше свадебное путешествие, мы тогда один день погуляли в Москве, и город был просто окутан светом, тишиной и покоем, невозможно было предположить, что на следующий день Москву накроет сильнейший пассионарный взрыв.
Все-таки сколько живу, с годами все более убеждаюсь, как мы, люди, слепы. Мы идем в будущее на ощупь и не знаем, что может быть завтра. Наше сознание простраивает экспоненты из прошлого из известных нам исходных, но жизнь то и дело преподносит неожиданные сюрпризы.
19-го августа 1991 года приехали тогда еще в Ленинград. Поднялись на колоннаду Исаакиевского собора и увидели внизу странную активность. Люди как муравьи сбегаются, несут из подворотен скамейки, доски, бочки, кто-то надрывно кричит в мегафон, кто-то дает команды машет руками, в толпе видны люди в казачьей форме. Все дружно строят баррикады!
Спускаемся вниз. Атмосфера напряженная, тут же формируются сотни. Все в состоянии нервного возбуждения ждут танки. Толпа выдыхает одно слово – путч! Едет чёрная волга, толпа окружает машину, начинает бить по кузову, по стёклам, заплевывает.IMG_20210910_175043.jpg
Дворцовая площадь заполнена народом, митинг сопровождается выступлениями известных рок-музыкантов. На сцене играет ДДТ, энергия плотная, воздух наэлектризован, кажется осязаемым. Тогда ещё никто не знал, чем всё закончится. Говорю Оле - не будем заходить в центр толпы, если начнут стрелять, то будет страшная давка, можно погибнуть. Обходим толпу по краю.
Исторический процесс иногда, подобен локомотиву, который на огромной скорости бьёт колёсами по множеству переключающихся стрелок высекая искры. В такие моменты время бесконечно уплотняется. Напряжение разрядилось только через три дня. Те три дня определили дальнейший путь России, а люди, оказавшиеся тогда рядом с Ельциным до сих пор при власти.
Май 1992 года, выходим из поезда, Оля на первых месяцах беременности Настей. Выезжая из Харькова, совсем забыли, что мы уже живем в отдельных странах, и надо было поменять купоны на рубли. В Питере наши купоны никому не нужны. Идём по Невскому проспекту, жарко, хочется пить, а денег нет и в метро попасть не можем.IMG_20210910_174854.jpg
Весь Невский сплошная бесконечная барахолка, рядами стоят бабули, дедули, мужики и пацаны, продают всё подряд. Я из Харькова захватил с собой пять бутылок водки. У нас водка дешевле в два-три раза. Достал одну бутылку, иду, предлагаю торговцам купить.
Один парень спрашивает - не ряженка?
- Нет - заводская.
Парень берёт бутылку, вскрывает зубами, пьёт пару глотков.
- Годится - Заключает он.
Берёт все пять бутылок.
Мир изменился, пространство расширилось, радуемся, покупаем себе по мороженому.
Я в Питере был многократно.
Мой брат Андрей живёт в этом городе с 1980-го года и в каждый приезд, я вижу другой город.
Первый раз я попал в Ленинград с отцом, когда учился в первом классе, тогда это был город революции! В памяти осталось одно сильное впечатление от той поездки – экскурсия на крейсер «Аврора».
Брат учился в Ленинградском кораблестроительном институте. Жил в студенческой общаге, огромное здание сталинской эпохи буквой П.
Следующая поездка в Питер была на зимних каникулах, когда мне было лет двенадцать. Огромная очередь в Эрмитаж, стоим с мамой на лютом морозе. В Эрмитаже катарсис - масса оригиналов полотен, которые изучал, учась в художественной школе. Рыцарский зал производит неизгладимое впечатление!
Купили велосипед «Орлёнок» и я рассекаю по широким коридорам на велике, чуть не врезаясь в выходящих из комнат студентов.
Брат живёт весёлой беззаботной студенческой жизнью. Общага — место знатной тусовки, замечен и Гребенщиков. Думаю - надо обязательно стать студентом, чтобы тусить в общаге!
Проходит несколько лет. Брат женился, а я по приезду ночую в общаге, которая уже полна клопов. Спать невозможно еще и потому, что в большом дворе колодце кружит на мотоциклах толпа рокеров. Фильм «Взломщик» точная иллюстрация того времени.
Общаговская тусовка уже охвачена «золотой лихорадкой», в тренде купи-продай.
Брат с сокурсниками открывает кооператив, только и разговоры о кооперативе.
Взяли первый заказ. Кооперативщики возводят кирпичную пристройку к магазину.
Будущее видится радужным и богатым. Кажется, вот оно счастье! Капитализм! Время, когда каждый сам может стартануть с одного яблока! Все в равных возможностях! И, каждый может стать богатым и здоровым, а бедный и больной не должен никого винить, он сам будет виноват в том, что он неудачник!
И вот уже осень 1999-го года, едем с братом по Питеру, мрачно и холодно. На дороге лежит труп возле джипа, рядом топчется несколько милиционеров. В разгаре бандитские войны.
Брат занимается бизнесом, к нам в джип подсаживается габаритный товарищ, (друг брата из ФСБ) и ещё пара друзей. По дороге друзья раскладывают по карманам предметы похожие на лимонки. Куда едем? Зачем? Мне никто не объясняет. Габаритный товарищ говорит брату – зачем ты младшего взял? Что ему там делать? Брат говорит - да ничего страшного, пусть посмотрит он всё-таки журналистом по криминалу в Харькове работает.
Подъезжаем на пустырь, оказывается на повестке разборка с тамбовскими.
Брат оставляет меня в джипе, сам с товарищами идет на стрелку с тамбовскими. Жаркий спор заканчивается тем, что тамбовские признают свою неправоту и готовы отдать долг.
Накануне посмотрел фильм «Брат» и ловлю себя на мысли, что смотрю материал, не попавший в основную версию фильма.IMG_20210910_192747.jpg
Летом 2002 года Питер это уже не бурлящий поток 90-х. Город лоснится жирной прослойкой среднего класса. Лоск, максимум понтов, ощущение жизни – удалось. С братом катаемся на катере, спорим - в чем сила!?
Весна 2014-го, 8 марта выступаю на трибуне в Харькове. Легкий замес, у меня пытаются вырвать из рук микрофон. Закончил выступать спускаюсь с трибуны, звонит брат из Питера Ты там живой? Только, что по НТВ показали, как у тебя микрофон выхватывали. Лето 2014-го, пассионарный взрыв накрывает Юго-восток Украины. По ТВ идут сюжеты про Стрелкова, про героическую оборону Славянска. Про бедственное положение Донбасса! В городах России, в людных местах стоят палатки, в которых собирается гуманитарная помощь! Россия живет мэмом – Русский помоги русскому! Путин ставит свечку за Новороссию в храме на Воробьевых горах.
Коммерсанты занервничали, ведь на историческую сцену выходят люди другой закваски, понимающие жизнь как служение. Кто-то понял, надо вовремя показать участие в проблемах Родины, а кто-то замер в нервном ожидании.
Брат арендует небольшой островок на Неве под стоянку катеров, год платит аренду, в сезон отбивает годичную аренду. Арендодатели (крупные воротилы) в разгар сезона хотят разорвать договор. Для Андрея это тяжелый удар, он звонит мне.
Еду в Питер. Я окрылен событиями «Русской весны». Проблема брата кажется пылью. На встрече с представителем арендодателя, рассказываю о важности битвы за Новороссию. Спрашиваю – а сколько гуманитарки ваша компания отправила на Донбасс? Товарищ заерзал, говорит, что да, дело нужное, что компания подумает над моим предложением. И говорит брату – Валерич, ну у тебя и связи!
А Андрей отвечает - да это брат мой!
Договор аренды конечно уже никто не разрывает.
Сентябрь 2021 года, вечер тёплого солнечного дня. С Олей гуляем по Питеру, Невский проспект, как обычно, забит людьми. Но этот людской поток уже лишен энергии и силы, всё перегорело, устаканилось, упало в осадок. Улицы заполнены, но ощущение – пустыня. В такой пустыне не слышен глас вопиющего. Кричи, о чем угодно – тебя не услышат!
На бульварах, на Дворцовой площади играют музыканты, но в них уже нет духа пророческого - это не юные Гребенщиков, Башлачёв, Кинчев.
Как пел Гребенщиков в своей песне «На ход ноги»:

 

Тихо, тихо.
Ты посмотри - как тихо.
Было время – ногу в стремя.
А теперь – тихо.

Слова этой песни сопровождали меня в нынешней прогулке по Питеру.
В очередной раз убеждаюсь, что второй раунд битвы за Новороссию, возвращение в орбиту России исконно русских земель Юга России, с еще сохранившимися русскими пассионариями, даст русской цивилизации новый смысловой горизонт. Горизонт нового имперского будущего! Надеюсь в год 300-летия Российской империи все только начинается!
От этого зависит каким застану Питер в следующий приезд – русским или уже радужным?

Сергей Моисеев

Архив газеты "Русь Триединая", Москва, 2021